Статья 'Социально—экономические отношения между Казахстаном и Китаем после распада СССР ' - журнал 'Genesis: исторические исследования' - NotaBene.ru
по
Journal Menu
> Issues > Rubrics > About journal > Authors > About the Journal > Requirements for publication > Editorial collegium > The editors and editorial board > Peer-review process > Policy of publication. Aims & Scope. > Article retraction > Ethics > Online First Pre-Publication > Copyright & Licensing Policy > Digital archiving policy > Open Access Policy > Open access publishing costs > Article Identification Policy > Plagiarism check policy
Journals in science databases
About the Journal

MAIN PAGE > Back to contents
Genesis: Historical research
Reference:

Socioeconomic relations between Kazakhstan and China after the dissolution of the Soviet Union

Ma Ifen

Doctor of History

Postgraduate student, the department of History of the States of Former Sovier Union, Moscow State University

119991, Russia, respublika Moskva, g. Moscow, ul. Rublevskoe Shosse, 50, kv. 2-121

mayifeng0776@gmail.com

DOI:

10.25136/2409-868X.2020.10.33704

Review date:

19-08-2020


Publish date:

31-10-2020


Abstract: The object of this research is the China – Kazakhstan relations in the XX-XXI centuries. The subject of this research is the socioeconomic ties between the two countries after the dissolution of the Soviet Union. Analysis is conducted on the general trend of socioeconomic ties between China and Kazakhstan, as well as socioeconomic cooperation between them during the 1990s and 2000s. The author examines such aspects as the advantages and difficulties with regards to trade, development of border trade, joint construction of railways, cooperation in the sphere of energy, etc. The main merit of the conducted research consists in the description of bilateral socioeconomic relations between the two countries, which are shifting to the next level and more diverse structure, due to the unique political coordination of Kazakhstan and China, benefits of geographical location and additional economic structure. The current China – Kazakhstan relations represent the model of mutual respect, equality and mutually advantageous cooperation. The novelty of this work lies in division of the China – Kazakhstan trade relations into different periods in accordance with the characteristics, as well as in determination of the priority vectors of cooperation. The article provides a general description of trade and economic cooperation between China and Kazakhstan.


Keywords: border post, trade exchange, China's investment, cooperation energy, Сhina, The Republic of Kazakhstan, Xinjiang province, strategic cooperation, Beijing, railway transport
This article written in Russian. You can find full text of article in Russian here .

Общая тенденция социально—экономических

отношений Казахстана и Китая

За последние десятилетия Китай является самым активным игроком в центрально—азиатском регионе. Это сближение обусловлено, прежде всего, геополитическими изменениями, происходившими в Центральной Азии после распада Советского Союза и консолидации новой мощи Китая. Политически дрейфующие государства Центральной Азии после распада Советского Союза играют важную роль в энергетической политике и во войне с террором, но они все еще в значительной степени находятся под влиянием своих двух великих соседей, а именно России и Китая[1, с.99-101].

Влияние Китая на Казахстан имеет серьезное значение в долгосрочной перспективе, поскольку оно позволит усилить влияние Пекина на политическую и экономическую систему Казахстана и укрепить их геополитический альянс. Ярким тому подтверждением служат статистические данные 2019 г., (Китай уступает среди торговых партнеров Казахстана только России), торговля между Китаем и Центральной Азией, как отмечается исследователями, в основном касается торговли между Китаем и Казахстаном. Чтобы лучше управлять экономическими стратегиями, Китай использует разные подходы в развитии двусторонних отношений и коллективных организации, таких как ШОС.

ШОС имеет хорошие возможности для развития регионального экономического сотрудничества, в течение долгого времени Китай призывал ШОС стать зоной свободной торговли, которая превратит Центральную Азию и Россию в новые рынки для китайских товаров.

Кроме этого в самом Китае инициатива «Один пояс – один путь» , предложенная во время визита президента Си Цзиньпина в Казахстан в 2013 г., быстро получила развитие. Сегодня она уже является не просто набором инфраструктурных проектов, а приобретает черты комплексной стратегии, становится ключевым элементом внутренней и внешнеэкономической политики страны[2, c. 406].

Концепция инициативы «одного пояса и одного пути» в основном соответствуют казахстанскому концепции проект экономического развития «светлый путь», предложенным в 2014 году, им была поставлена амбициозную цель — поднять экономику Казахстана к 2050 году до уровня ведущих мировых стран. Такие же амбициозные задачи ставит перед собой и Китай. Эта общая цель еще больше расширяет возможности для открытого сотрудничества. Поэтому пекинский капитал играет ведущую роль в строительстве инфраструктур, улучшении энергетики и торговых отношений[3, с.38-46].

Китай является одной из стран—инвесторов, которые придают большое значение игнорируемому банковскому сектору в Центральной Азии, позволяющему республикам Центральной Азии осуществлять крупные проекты с Пекином. В 1993 г. в г. Алматы открыт первый Банк Китая. В 2018 г. в г. Нур—Султане открыт филиал китайского промышленно—коммерческого банка. Всемирный банк и Азиатский банк развития со своей стороны инвестировали более миллиарда долларов в развитие портовой, автомобильной и железнодорожной инфраструктуры. Кроме того, в 2006 году Фонд развития Казахстана и Банк развития Китая создали китайско—казахстанский фонд развития на сумму до пяти миллиардов долларов. Необходимо также отметить стремление властей Китая и Казахстана совместно участвовать в крупных проектах по развитию трансевразийских континентальных отношений. В начале 1990-х годов. Европейский союз в рамках ТРАСЕКА (Транспортный коридор Европа—Кавказ—Азия) решил выделить более 100 миллионов евро на проекты в области железнодорожной и автодорожной инфраструктуры[4, с.61].

К 2019 г. Китай и Казахстан реализовали 51 проект сотрудничества в области производственных мощностей с общим объемом инвестиций 26 млрд. долл. США. Введены в эксплуатацию некоторые крупные инфраструктурные проекты, в том числе китайско—казахстанская база логистического сотрудничества Ляньюньган, сухой порт «Хоргос—Тондэмун», порт Актау на Каспии, 934—километровая железная дорога Казахстан—Туркменистан—Иран, Международный транспортный коридор «Шуанси шоссе» и др.

Эти геополитические и экономические цели остаются неразрывно связанными. Для Китая Казахстан выступает не только как приграничный регион, но и как промежуточный и транзитный регион, который облегчает торговлю с Ираном, Афганистаном, Индией и Пакистаном. Таким образом, стратегические выгоды для Казахстана с увеличением присутствия Китая имеют важное значение.

Перспективы Центральной Азии в значительной степени зависит от способности избежать дестабилизации на Ближнем Востоке, а также в использовании влияния Китая в качестве средства интеграции в Азиатско—Тихоокеанском регионе, который станет одним из экономических и политических центров в XXI веке. Развитие китайско—казахстанских экономических отношений во многом является частью нынешней политики глобализации, что должно глубоко трансформировать общество Казахстана. Такая стратегия усилит историческую роль Казахстана на Шелковом пути и способствует его создать совершенно новой ситуации[5, с.320].

Особенности социально—экономических отношений

между Китаем и Казахстаном в 1990-е гг.

Торговые отношения между Китаем и Казахстаномв 1990-е гг.­­, по мнению исследователей того времени, сталкивались с большим количеством трудностей. Первой из этих проблем является географическая: горы Тянь—Шаня, горы Памира и пустыня Такламакан никак не способствуют развитию отношений и быстрому раскрытию региона. По обе стороны границы рассматриваемые регионы относительно малонаселенные (около 15 миллионов жителей в Казахстане и 20 миллионов жителей в Синьцзяне), и расстояние до крупных городских центров особенно велико.

Второй фактор, сдерживающий развитие, уходит своими корнями в историю XX века, между федеративными республиками Центральной Азии и автономным районом Синьцзян никогда не было ни одного регулярного торгового пути, несмотря на некоторые предварительные соглашения в начале 1960-х и 1980-х годов[6, с.12-15]. Приграничные города считались стратегическими зонами, они содержали несколько военных объектов, для них требовались специальные разрешения. Следовательно, свободная торговля между людьми ограничена.

Становление независимого Казахстана, торговля Китая и Казахстана постепенно развивалась благодаря географическим преимуществам, которая происходила в три периода. Первый период охватывает 1992-1996 гг. и отмечен открытием первого китайско—казахстанского пограничного поста в Достык—Алатау, и подписанием нескольких договоров о дружбе и соглашений о сотрудничестве. В основном китайской челночной торговлей на раннем этапе занимались уйгуры, а казахской челночной торговлей дунгане. Это прежде всего обусловлено исторической связью с Китаем. Объем торговых обменов в то время составлял от 350 до 450 миллионов долларов в год (Таблица 1)[7, с.307].

Таблица1 Обьем Китайско—Казахстанского товарооборота 1992-1996

Единица: 100 мил. Долл. США

Год

1992

1993

1994

1995

1996

Китайско—Казахстанский товарооборот

3.68

4.35

3.36

3.91

4.60

Экспорт Китая

2.27

1.72

1.39

0.75

0.95

Импорт Китая

1.41

2.63

1.97

3.61

3.65

Рост объема товарооборота(%)

18.0

-22.7

28.6

17.6

Источник: Сюй Тонкай “Новые возможности для бизнеса на Шелковом пути—Руководство по экономическим и торговым инвестициям в Центральной Азии”, Китайская таможенная пресса, 2007

Второй период относится к 1997-2001 годам, это новый этап развития китайско—казахстанских торгово—экономических отношений, в течение которых объем торговых обмен между Китаем и Казахстаном медленно, но заметно увеличивался. К 2000 году объем торговли между двумя странами превысил 1,5 млрд. Но в связи с разразившимся в 1998 г. экономическим кризисом в Казахстане реализация некоторых проектов было затруднено.

Третий период, который выделяется исследователями, начался в 2002 году, когда сложные политические проблемы либо решались (пограничные вопросы), либо устранялись (уйгурский сепаратизм). Отныне деловые отношения стали гораздо более прагматичными, т.е. основанными на взаимовыгодном экономическом сотрудничестве. В данный период по мнению исследователей произошло торговый бум на национальном уровне. Консолидация китайских экономических предприятий в Казахстане в таких ключевых секторах, как углеводороды и инфраструктура в начале XXI века.

В интересах в Казахстане и в Китае, развивать свои взаимоотношения, поскольку их экономики скорее дополняют друг друга, чем напрямую конкурируют друг с другом. Например, Китай имеет возможность экспортировать потребительские товары в Казахстане по низким ценам. В результате более 85 процентов китайского экспорта в Казахстана состоит из готовой продукции. Обратное более 85 процентов Казахстанского экспорта составляют сырье, нефти и газы, а также черные и цветные металлы. Как показали Сю Линву и Чэнь Хсуньчен 2004 года, в центрально—азиатском экспорте наблюдается особая нехватка диверсификации: четверть казахстанского экспорта в Китай состоит из бензина, четверти цветных металлов и четверти железа, стали и других материалов[8, с.56].

Видно, что в 1990-е гг. в китайско—казахстанском торгово—экономическом сотрудничестве преобладала приграничная торговля с небольшими масштабами и относительно небольшим влиянием. В период с 1992 по 2002 год общий объем китайских инвестиций достиг 800 миллионов долларов, эта сумма продолжает быстро расти. Китай входит в пятерку крупнейших иностранных инвесторов в Казахстане.

Наращивание торгово—экономических отношений

между Китаем и Казахстаном в 2000-е гг.

В начале 2000-х годов торговля между Китаем и Центральной Азией, как отмечают исследователи, в основном осуществлялась между Китаем и Казахстаном, точнее, торговля между Казахстаном и регионом Синьцзян.С 2002 года развитие двухсторонней торговли вступило в благоприятный «быстрый путь». В период с 2002 по 2003 год товарооборот увеличился более чем на 100 процентов, примерно с двух миллиардов долларов в год до более, чем трех. За период с 2004 по 2006 год последовало экспоненциальное увеличение на 200 процентов, а объем торговли достиг более 8 миллиардов долларов. Астана быстро вырос и стала второй по величине торговых партнеров Китая в СНГ. Это также связано с тем вниманием, которое уделяют приграничной торговле правительства двух стран[9, с.22-26].

Первый пограничный пост в Достык—Алатау (Алашанькоу) был открыт в 1992 году. Расположенный в Алматинской области недалеко от города Жаркент и региональной столицы Талды—Курган, он быстро стал главным транзитным пунктом между двумя странами, в 2003 году на него приходилось 50 % всей торговли и 90 % мелкой торговли между Казахстаном и Синьцзяном[10, с.32].

Большую роль данного поста в организации взаимодействия товаров, которые проходят через них, связанных не только с казахстанским рынком, но и с рынками России, Азербайджана, Узбекистана, Кыргызстана и даже Афганистана. Экспоненциальный подъем экономического роста Достык—Алатау стал возможен, благодаря готовности властей Казахстана и Китая увеличить средства торговли, он фактически управляет железнодорожной торговлей и торговлей автомагистралями[11, с.46-48].

Второй китайско—казахстанский пограничный пост был открыт в Хоргосе в 2004 году. В отличие от Достык, дорога, соединяющая Хоргос с Жаркентом (33 км), а затем с Алматы (370 км), находится в хорошем состоянии. По этой причине Хоргос быстро стал главным китайско—казахстанским автомобильным транзитным пунктом, и, по оценкам исследователей, намного опережает Достык. По мнению исследователей того времени, Хоргос стал первой зоной свободной торговли в Синьцзяне и главной трансграничной в зоне свободной торговли Китая. Она включает в себя беспошлинную торговую зону и промышленную зону.

Чтобы сохранить импульс, обе страны в 2004 году предоставили возможность соединить свои железнодорожные линии, используя Достык—Алатау в качестве модели. Офис, представляющий китайскую национальную компанию железных дорог, открылся в Алматы, а филиал Казахстана Темир Жолы в настоящее время действует в Пекине. В 2005 году китайские железные дороги расширили уже существующие Ляньюньган—Ланчжоу—Урумчи, добавив к участку между Урумчи Кулджа—Хоргос—Сары—Озек.

Эксплуатация китайско—казахстанской базы логистического сотрудничества в Ляньюньгане также создала новую модель евразийского сотрудничества в области наземных и комбинированных перевозок, позволила Казахстану впервые в истории получить прямой доступ к Тихому океану. Казахстан также является первой зарубежной станцией для транзитных перевозок между Китаем и Европой. Эффективное сотрудничество между Китаем и Казахстаном расширяет межрегиональное сотрудничество в Евразии. В 2019 году прошло 438 поездов по направлению Китай—Европа, их количество увеличилось на 142% в годовом исчислении.

Помимо дальнейшего сотрудничества в сфере железнодорожного транспорта, китайский капитал устремился и в другие направления. В начале 2000-х годов китайские вложения растут высокими темпами, в ходе китайско—казахстанского торгового процесса с 1995 по 2005 год Китай инвестировал в Казахстан 80 миллиардов долларов США, в основном эти деньги пошли именно в нефтегазовый сектор, также часть в области строительства. Основным фактором, обеспечившим китайскому бизнесу преимущество в конкурентной борьбе с западными и российскими игроками в нефтегазовых ресурсах Казахстана, стала кредитная линия, открытая Пекином во время мирового финансово—экономического кризиса 2009 года и в условиях падения мировых цен на энергоносители, когда Казахстан испытывал острую потребность в ликвидности[12, с. 134].

В 2010 году было завершено строительство нефтепровода «Казахстан—Китай» от побережья Каспийского моря до казахстанско—китайской границы. Общая протяжённость маршрута более 1,7 тыс. км, а его пропускная способность составляет 20 миллионов тонн нефти в год по итогам 2018 г. Китай построил трубопровод с огромными инвестициями, чтобы избежать риска покупки нефти у Саудовской Аравии и Сингапура в будущем[13, с.251].

Китай также укрепляет свои позиции в таких стратегических секторах, как черные и цветные минералы, гидроэлектроэнергия, железные и автомобильные дороги, а также телекоммуникации. Геополитическое влияние этой китайской стратегии не следует упускать из виду. Эти сектора имеют жизненно важное значение для экономик государств Центральной Азии.

Пекин стал новым участником рынка ядерных материалов в Казахстане. Как известно, республика Казахстана занимает второе место в мире по разведке запасам урана и занимает первое место по добыче в 2009 г. (28% общемировых). Китаю требуется уран для завершения строительства многих десятков атомных электростанций, предназначенных для удовлетворения его растущих потребностей в энергии. Задачей собственного промышленного развития Казахстана является диверсификация поставок. Согласно плану руководства «Казатомпрома», благодаря интенсивному развитию атомной энергетики, Китай станет крупнейшим потребителем казахстанского урана. Согласно прогнозам, в 2020 году китайские атомные электростанции будут производить около 40 млн. кВт / ч, или четыре процента мирового производства электроэнергии.

Пекин стремится диверсифицировать своих партнеров. Сейчас КНР продолжает наращивать объёмы кредитования и инвестиций, проникая во всё новые отрасли экономики Казахстана. С 2005 по 2019 год общий объем инвестиций и совместных проектов Китая на казахстанских предприятиях достиг 35 миллиардов долларов США. Согласно данным Американского института предпринимательства, наибольшее количество инвестиций Китая за последние 15 лет в Казахстане привлекла электроэнергетика 24,28 млрд долларов США, инвестиции в химическую промышленность 3,7 млрд долларов США, транспортную промышленность 3,7 млрд долларов США, а переработка и добыча металлов 2,3 млрд долларов, строительство 350 миллионов долларов США, сельское хозяйство 240 миллионов долларов США, финансовая индустрия 110 миллионов долларов США и коммунальные услуги 100 миллионов долларов США[14, с29-32].

Китай стал одним из основных импортеров минерального сырья в Казахстан. По данным таможенной статистики Китая, в 2019 году общий объем казахстанского экспорта в Китай составил около 92.6 млрд долларов США. Казахстан в основном достиг положительного сальдо в своей торговле с Китаем.

Взаимовыгодное сотрудничество между Китаем и Казахстаном продолжает углубляться. Энергетические ресурсы Казахстана поддерживают экономическое развитие Китая, предприятия Китая также принесли капитал, технологии и услуги в Казахстан. Сегодня китайско—казахстанские отношения представляют собой модель взаимного уважения, равенства и взаимной выгоды.



References
1.
Blank S. “China, Kazakh Energy, and Russia: An Unlikely Threesome” // The China and Eurasian Forum Quarterly, 2005-№ 3 p. 99-109
2.
Swanström N., N. Norling, Zhang Li. “China” in F. Starr (ed.) The New Silk Roads. Transport and Trade in Greater Central Asia, Central Asia—Caucasus Institute & Silk Road Studies Program // Johns Hopkins University—SAIS, 2007, p 406.
3.
Syui Khaiyan' Ekonomicheskaya strategiya Kazakhstana i sotrudnichestvo s Kitaem v svete strategii “odnogo poyasa, odnogo puti”// Ekonom • Odin poyas-odin put' – 2016. № 2. S. 38-46
4.
Eshniyazova Zhansaya Issledovanie zheleznodorozhnykh tranzitnykh gruzovykh perevozok mezhdu Dostyk i Alashan'kou // Dalyan'skii tekhnologicheskii universitet – Dalyan', 2017. 61s.
5.
Borokh O.N. Sovremennaya kitaĭskaya ekonomicheskaya mysl' / O.N. Borokh-M.: Vostochnaya literatura, 1998. 320s.
6.
Bao Dun'tsyuan' Status i rol' Sin'tszyana v torgovo—ekonomicheskom sotrudnichestve mezhdu Kitaem i pyat'yu stranami Tsentral'noi Azii // Issledovanie rynka Vostochnoi Evropy i Tsentral'noi Azii—Pekin, 2001. № 12. S. 12-15
7.
Syui Tonkai “Novye vozmozhnosti dlya biznesa na Shelkovom puti—Rukovodstvo po ekonomicheskim i torgovym investitsiyam v Tsentral'noi Azii” // Kitaiskaya tamozhennaya pressa, 2007. 307 s.
8.
HsiuLing Wu, ChienHsun Chen. “The Prospects for Regional Economic Integration Between China and the Five Central Asian Countries” // Europe—Asia Studies, 2004-№7 p.56
9.
Khu Ii Sravnitel'nyi analiz preimushchestv promyshlennosti mezhdu Sin'tszyanom i Kazakhstanom // Tsentral'naya Aziya i Vostochnaya Evropa—Pekin, 2005. № 4. S. 22-26
10.
Chen Yun'tsze. Nesbalansirovannaya struktura torgovli mezhdu Kitaem i Kazakhstanom i mery protivodeistviya optimizatsii // Vneshnyaya ekonomicheskaya i torgovaya praktika, 2013. № 5. S. 30-33
11.
Mei Li Status i perspektivy kitaisko—kazakhstanskoi pogranichnoi ekonomiki i torgovli // zhurnal Yuzhno—Tsentral'nogo Universiteta Natsional'nostei (Izdanie po filosofii i sotsial'nym naukam)-Chendu, 1994. S. 46-48
12.
Syroezhkin K. L. Spetsifika prisutstviya Kitaya v neftegazovom sektore Kazakhstana / K.L. Syroezhkin // M.: Trud i sotsial'nye otnosheniya, 2011. № 10. 134s.
13.
Chzhan Nin Tsentral'noaziatskaya energetika i igra bol'shoi stran // Izdatel'stvo Chanchun'—Chanchun', 2009. 251s.
14.
Li Tsyutszyuan' Novye vozmozhnosti i novye vyzovy, stoyashchie pered kitaisko—kazakhstanskim torgovo—ekonomicheskim sotrudnichestvom // Vneshnetorgovaya praktika – Pekin, 2018. S. 29-32
Link to this article

You can simply select and copy link from below text field.


Other our sites:
Official Website of NOTA BENE / Aurora Group s.r.o.
"History Illustrated" Website