Статья 'Демографическое развитие Севера Бурятии в 1990-е гг. (на материалах районов БАМа) ' - журнал 'Genesis: исторические исследования' - NotaBene.ru
по
Journal Menu
> Issues > Rubrics > About journal > Authors > About the Journal > Requirements for publication > Editorial collegium > The editors and editorial board > Peer-review process > Policy of publication. Aims & Scope. > Article retraction > Ethics > Online First Pre-Publication > Copyright & Licensing Policy > Digital archiving policy > Open Access Policy > Open access publishing costs > Article Identification Policy > Plagiarism check policy
Journals in science databases
About the Journal

MAIN PAGE > Back to contents
Genesis: Historical research
Reference:

Demographic situation in Northern Buryatia during the 1990’s (on the materials of the districts of Baikal–Amur Mainline)

Ubeeva Ol'ga

PhD in History

Docent, the department of History of Buryatia, Buryat State Univesity

670000, Russia, respublika Buryatiya, g. Ulan-Ude, ul. Ranzhurova, 6, kab. 2304

manul78@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-868X.2020.6.33185

Review date:

07-06-2020


Publish date:

14-06-2020


Abstract: Demographic situation in Eastern Siberian and Far Eastern regions of Russia has always depended on economic policy of the Soviet government. During the period of post-Soviet transformation, demographic processes were characterized by negative dynamics. This work explored the peculiarities of demographic development of the northern districts of Buryatia in the 1990’s on the materials of districts under the socioeconomic influence of Baikal–Amur Mainline. The national historical literature has multiple works dedicated to demography of post-Soviet and modern Buryatia, however the population of northern areas has not previously become the subject of a separate research. The article describes the key conditions and factors of demographic development of the territories of Russia’s Far North, as well as determines dependence of demographic processes on the socioeconomic problems in development of the region. The author reviews peculiarities of the dynamics of birth rate, mortality rate and natural population increase. Current situation of the districts of Baikal–Amur Mainline can be characterized as deprivation when certain social needs of the local population cannot be fulfilled. Prevalence of dilapidated housings, poorly developed engineering and public utilities, lack of social sphere facilities, severe climatic conditions of the Far North alongside depressive state of backbone enterprises substantiated the low standard of living of the society. The conclusion is made that demographic development of Buryatia is characterized with depopulation due to rise in mortality rate and significant reduction in birth rate.


Keywords: natural movement of the population, migrations, system crisis, Post-Soviet transformation, urbanization, northern territories, birth rate, mortality, natural increase, demographic decline
This article written in Russian. You can find full text of article in Russian here .

Конец ХХ столетия со всеми экономическими, политическими и социальными переменами представляет собой переломный период, радикально трансформировавший демографическую ситуацию в стране. Специфика восточносибирских и дальневосточных регионов состояла в том, что численность населения в них напрямую зависела от экономической политики советского государства. Как отмечают исследователи, реализация крупных советских народнохозяйственных проектов стимулировала приток мигрантов и соответствующий рост численности населения. Снижение инвестиционной активности государства в 1990-е гг., «распад командно-административной системы и свертывание практически всех программ хозяйственного развития сразу же сказалось на социально-экономическом положении восточносибирских регионов» [1, с. 512]. Наряду с миграционным оттоком населения статистические данные демонстрируют колоссальные изменения в естественном движении, имевшие в дальнейшем негативные последствия для социально-экономического развития. К числу таких территорий в Бурятии относятся северные районы, вовлеченные в позднесоциалистическую модернизацию в связи со строительством Байкало-Амурской железнодорожной магистрали (БАМ).

Отдельные сюжеты демографического развития северных территорий Бурятии рассматривались в обобщающих исследованиях процессов формирования народонаселения республики [2–3], социально-демографических аспектов развития сельских территорий [4–5], этнодемографических процессов [6] и пр. В рамках изучения новейшей истории районов БАМа проблемы формирования населения затрагивались в работах Г.П. Власова [7–8], А.Н. Кина [9], Г.А. Цыкунова [10] и др.

Цель настоящей работы состоит в исследовании ключевых изменений в демографическом развитии северных районов республики Бурятия в конце XX–начале XXI в. Территориальные границы охватывают Северо-Байкальский и Муйский муниципальные районы, через которые в советский период прошла новая железнодорожная магистраль.

В качестве методологической основы были использованы концепция демографического перехода и теория модернизации, исходя из которых население страны или отдельного региона проходит несколько этапов, обусловленных модернизационными процессами. Источниковую базу работы составили материалы всероссийских переписей (2002 и 2010 гг.), документы региональных и местных архивов, данные текущего статистического учета населения, представленные Бурстатом.

Строительство БАМа было вызвано рядом социально-экономических, социально-политических и военно-стратегических факторов. Однако для сибирских и дальневосточных регионов масштабный транспортный проект, прежде всего, выступал предпосылкой формирования новых территориально-производственных комплексов и вовлечения в хозяйственный оборот малозаселенных северных территорий [11, с. 36]. БАМ был идеологическим плацдармом, демонстрирующим экономические возможности государства за счет создания мощных промышленных рычагов на Востоке страны.

Промышленное освоение северных районов Бурятии в связи с возведением БАМа повлекло за собой увеличение плотности населения за счет трудовой миграции и укоренения новоселов. Ресурсное обеспечение осваиваемых территорий с тяжелыми климатическими условиями решалось посредством эффективной демографической политики государства. Учитывались особенности народно-хозяйственного комплекса, организация и оплата труда, прорабатывались и применялись механизмы личной заинтересованности и мотивации людей. Демографическая политика, применяемая в отношении осваиваемых национальных окраин, была направлена на формирование структуры занятости населения с обязательным учетом регионального аспекта. Справочная литература, статистические источники и архивные данные говорят о том, что сформировавшаяся сеть населенных пунктов северных районов Бурятии 1980-х гг. дала возможность увеличить численность населения на территории северных районов Бурятии.

Политические события 1991 г. и последовавший экономический кризис оказали сильнейшее влияние на демографические процессы. Построенная железная дорога оказалась в рыночных условиях нерентабельной, временные и постоянные поселения вдоль трассы остались без градообразующих структур. Имеющиеся в распоряжении данные текущего учета населения иллюстрируют принципиально важные изменения народонаселения в последнее десятилетие ХХ в. Понижение рождаемости, увеличение смертности, резкое ухудшение демографической ситуации вызвали нарушения в демографическом развитии северных районов Бурятии, негативные последствия которых имеют свое продолжение в настоящее время.

Результаты демографического развития 1980-х гг., выразившиеся в достижении компенсаторной рождаемости на рассматриваемых территориях, были нивелированы шоковыми политическими и экономическими преобразованиями постсоветского времени. Архивные фонды статотделов районных администраций и текущий учет населения позволяют рассмотреть основные тенденции демографического развития населения районов бурятского участка БАМ на протяжении всего десятилетия.

Распад СССР, экономическая нестабильность, исчезновение и отсутствие социальных гарантий повлияло на репродуктивное поведение населения, что привело к снижению уровня рождаемости. Учетные данные численности родившихся наиболее эффективно демонстрируют условия жизни населения. Можно сказать, что подобные изменения, несомненно, происходили не только среди населения северных районов Бурятии. Однако в районах влияния магистрали коэффициент рождаемости снижался разными темпами на протяжении всего рассматриваемого периода (рис. 1).

Рис. 1. Динамика рождаемости зоны Бурятского участка БАМ (1991–2000), чел.

Источник: Архивный отдел администрации муниципального образования «Город Северобайкальск». Ф. Р-12. Оп. 1. Д. 206. Л. 12–18; Д. 229. Л. 32–34; Д. 257. Л.16–19; Д. 289. Л. 21–24; Д. 321. Л. 8–10; Д. 354. Л. 112–118; Д. 414. Л.5–8; Д. 389. Л. 69–72; Д. 426. Л. 62-66; Д. 454. Л. 110–115.

Рождаемость была низкой, но начиная с 1991 г. тенденция понижения рождаемости становиться устойчивой. Снижение рождаемости было значительным и приходится на 1991–1992, 1994–1996 и 1998–1999 гг. Закономерным явлением между указанными периодами по демографическим законам протекает кратковременные процессы компенсаторной рождаемости. Компенсаторная рождаемость была слабой и короткой по длительности (не более 1,5–2 лет). На протяжении всего десятилетия в показателях рождаемости наблюдались резкие вертикальные понижения и кратковременные скачкообразные повышения. Существенного положительного влияния на динамику восполнения населения такие показатели оказать не могли.

Необходимо обратить внимание, что коэффициенты рождаемости 1990-х гг. уменьшились во всех населенных пунктах районов БАМа. В республике понижение коэффициентов рождаемости происходило также стремительными темпами, несмотря на то, что доля рожденных по Бурятии в 1960–1970-х гг., и на 1990-е гг. находящихся в детородном возрасте 21–30 лет, согласно учетным статистическим материалам, превышала аналогичные показатели по стране.

Рис. 2. Демографический баланс населения Бурятии (1991–2000), чел.

Источник: Архивный отдел администрации муниципального образования «Город Северобайкальск». Ф. Р-12. Оп. 1. Д. 206. Л. 18–22; Д. 229. Л. 45–48; Д. 257. Л.16–19; Д. 289. Л. 21–26; Д. 321. Л. 9–11; Д. 354. Л. 113–118; Д. 414. Л. 6–8; Д. 389. Л. 73–75; Д. 426. Л. 66-69; Д. 454. Л. 116–119.

Начиная с 1993 г. наблюдается тенденция резкого сокращения рождаемости как по Бурятии, так и на территории зон влияния строительства БАМ. Приведённые выше показатели демонстрируют снижение уровня рождаемости вплоть до 2000 г. как в целом по республике, так и в населенных пунктах северных районов Бурятии. Уровень рождаемости снизился в республике почти в 1,4 раза за представленный период. К концу 1990-х гг. рождаемость в районах БАМа снизилась в среднем в 2,18 раза.

Данные о регистрации актов гражданского состояния 1990-х гг. в северных районах Бурятии велись регулярно, сведения за 1991–2000 гг. носят подробный характер и поддаются анализу. По статистическим учетным материалам, которые имеются в архивах, можно предположить, что сокращение рождаемости на БАМе в эти годы происходило, в том числе, по причине миграционных передвижений – оттока населения. «Отказ от реализации долгосрочных экономических проектов снизил привлекательность территорий, располагающихся за Уралом», что в комплексе со слаборазвитой социальной инфраструктурой и сложными природно-климатическими условиями «активизировало перемещение населения в более благополучную европейскую часть страны, а также за границу» [12, с. 152].

Из северных районов Бурятии выбывают мужчины и женщины детородного возраста. Так, к 1998 г. уровень рождаемости снизился на 31,6% по сравнению с 1991 г. [13, c. 20–21]

Другим фактором снижения рождаемости было увеличение числа абортов, зарегистрированных органами санитарно-медицинской статистики, что связано с резким понижением уровня благосостояния населения, продовольственным кризисом, неплатежами, неблагополучной криминогенной обстановкой и другими неблагоприятными условиями.

Во второй половине 1990-х гг. уровень рождаемости в целом по Бурятии и в северных районах республики не смог восстановиться до показателей 1991 г. В 1999 г. рождаемость Северо-Байкальском и Муйском районах составила 24%, что на 17% ниже уровня 1995 г. и на 48% уровня 1991 г.

Особенностью динамики рождаемости на рассматриваемых территориях в этот период было превышение рождаемости в сельской местности над уровнем показателей населенных пунктов городского типа, что также можно объяснить экономическими факторами, влиявшими на репродуктивное поведение населения.

Экономические мероприятия 1990-х гг. оказали исключительно негативное влияние и на последующие годы, и стали главной причиной деформации возрастно-половой пирамиды. Однако главным демографическим событием 1990-х гг. становятся катастрофические потери населения из-за повышения уровня показателей смертности.

Рис. 3. Динамика смертности зоны Бурятского участка БАМ (1991–2000), чел.

Источник: Архивный отдел администрации муниципального образования «Город Северобайкальск». Ф. Р-12. Оп. 1. Д. 206. Л. 18–22; Д. 229. Л. 45–48; Д. 257. Л.16–19; Д. 289. Л. 21–26; Д. 321. Л. 9–11; Д. 354. Л. 113–118; Д. 414. Л. 6–8; Д. 389. Л. 73–75; Д. 426. Л. 66-69; Д. 454. Л. 116–119.

Значительный рост показателей уровня смертности наблюдается до 1994–1995 гг., что было связано с резким ухудшением качества жизни. Для северных районов Бурятии негативные явления сопровождались трансформационными процессами, ломающими устои социалистического уклада и стереотипов советского общества.

Архивные материалы и статистические сведения демонстрируют такую особенность смертности в регионе, как увеличение данного показателя среди лиц трудоспособного возраста (до 36,1%). Наибольшее число смертей приходится на 1994–1995 гг., где смертность увеличилась по сравнению с 1991 г. на 57,3%, и на 1999–2000 гг., где по сравнению с 1995 г. показатели смертности увеличились на 12,7%. Наибольший показатель смертности населения районов БАМа относится к 1998–2000 гг., при этом значительную долю в показателях давала городская местность, где смертность была выше в 1,8 раза. Коэффициент смертности горожан в 1998 г. составил 29,7%, в 1999 г. — 32,6%, в 2000 г. — 35,2% [13, с. 35–36].

Политический и экономический кризисы, которым в постсоветское время оказалось охвачено все население страны, напрямую отразились на качестве жизни и на здоровье населения, что привело к увеличению показателей смертности в том числе и от заболеваний, вызванных асоциальными проявлениями (наркомания, алкоголизм). На период 1990-х гг. приходится ухудшение эпидемической обстановки, вызванной ростом заболеваний ВИЧ и гепатитом. Несмотря на принятие ряда государственных решений и чрезвычайных мер в отношении здоровья населения, наличие полноценного медицинского обеспечения, эпидемическое состояние в конце ХХ в. оставалось неблагополучным. Уровень смертности в зоне влияния БАМа в течение 1990-х гг. также увеличился из-за показателей детской смертности.

На качество жизни населения влияли особенности социальной инфраструктуры районов БАМа, где 60% жилого фонда составляло ветхое и аварийное жилье, возведенное в качестве временного для размещения строителей в конце 1970-х гг. [14, с. 999–1001] Слаборазвитые инженерные и коммунальные сети в климатических условиях приравненных к Крайнему Северу районов и недостаток учреждений соцкультбыта обусловили низкий уровень жизни. Значительные масштабы безработицы, вызванные кризисом градообразующей отрасли (транспортное строительство), и слабая социальная защищенность приводили рассматриваемые территории к демографическому кризису.

Выводы В. Г. Жалсановой, изучавшей социально-демографическое развитие сельского населения современной Бурятии и определившей его как «состояние экономической, социальной и социокультурной депривации», под которой понимается «процесс сокращения и/или лишения возможностей удовлетворения каких-либо социальных потребностей», можно распространить и на городские поселения районов БАМа [4, с. 86].

Естественный прирост на протяжении всего периода 1990-х гг. также демонстрирует отрицательную динамику (рис. 4).

Рис. 4. Динамика естественного прироста населения зоны Бурятского участка БАМ (1991–2000), чел.

Источник: Архивный отдел администрации муниципального образования «Город Северобайкальск». Ф. Р-12. Оп. 1. Д. 206. Л. 18–22; Д. 229. Л. 45–48; Д. 257. Л.16–19; Д. 289. Л. 21–26; Д. 321. Л. 9–11; Д. 354. Л. 113–118; Д. 414. Л. 6–8; Д. 389. Л. 73–75; Д. 426. Л. 66-69; Д. 454. Л. 116–119.

В период 1995–1997 гг. происходит сдерживание темпов снижения естественного прироста. Лишь в периоды 1993–1994 и 1997–1998 гг. наблюдается небольшой прирост населения, коэффициент которого в среднем составлял 0,7–0,9. Уменьшение величины естественного прироста в периоды 1991–1993 и 1998–2000 гг. выразилось в среднем коэффициенте, который был в 1,016 раза ниже в сравнении с показателями 1992–1997 гг. Однако в течение всего периода вплоть до начала 2000-х гг. величина естественного прироста в районах БАМа была отрицательной из-за недостаточной рождаемости (рис. 1) и роста смертности (рис. 3). Тем не менее, баланс численности населения северных районов Бурятии не был отрицательным даже при высоких показателях смертности и невысоком коэффициенте прироста населения, т.к. динамика рождаемости в сельской местности характеризовалась положительной величиной. В целом тенденция к понижению коэффициента естественного прироста населения являлась следствием отсутствия прямого понижения смертности (рис. 3, 4).

Таким образом, демографические процессы в северных районах Бурятии в постсоветский период характеризуются падением прироста населения под влиянием неблагоприятных политических, экономических и социальных факторов, что было связано с ростом смертности населения при значительном понижении рождаемости. В течение последнего десятилетия ХХ в. наблюдались неустойчивые тенденции к нормализации демографических процессов, которые имели краткосрочный характер и не могли оказать положительное влияние на динамику естественного движения. Можно согласиться с выводом В. Г. Жалсановой, что демографическое развитие Бурятии носит «устойчивый характер депопуляции» [4, с. 87]. Вертикальное падение рождаемости, рост смертных случаев, отсутствие административного регулирования народонаселения за 1990-е гг. привело к отрицательным показателям демографического баланса или «демографической катастрофе».



References
1.
Lygdenova V. V., Dashinamzhilov O. B. Migratsii naseleniya v Vostochnoi Sibiri v postsovetskii period (1989–2002 gody) // Problemy arkheologii, etnografii, antropologii Sibiri i sopredel'nykh territorii. 2016. T. 22. S. 512–514.
2.
Mangataeva D. D. Naselenie Buryatii: tendentsii formirovaniya i razvitiya. Ulan-Ude: BNTs SO RAN, 1995. 142 s.
3.
Petrova E. V. Demograficheskie protsessy v respublike Buryatiya // Vlast'. 2013. №12. S. 96–99.
4.
Zhalsanova V. G. Sel'skoe naselenie Buryatii v nachale XXI v.: problemy i perspektivy razvitiya // Vestnik Buryatskogo gosudarstvennogo universiteta. 2013. №6. S. 86–90.
5.
Zhalsanova V. G. Sotsial'nye i demograficheskie kharakteristiki sel'skogo naseleniya respubliki Buryatiya // Vlast'. 2013. №9. S. 158–160.
6.
Dashinamzhilov O. B., Lygdenova V. V. Demograficheskii perekhod buryat respubliki Buryatiya v 1959–2010 gg. // Etnograficheskoe obozrenie. 2019. № 3. S. 183–197. https://doi.org/10.31857/S086954150005287-5
7.
Vlasov G. P. Region BAMa v XXI veke: real'nost' i perspektivy. Bratsk: BrGU, 2008. 124 s.
8.
Vlasov G. P. Region BAMa v Evraziiskom ekonomicheskom prostranstve: monografiya. M.: RUSAINS, 2017. 236 s.
9.
Kin A. A. Regional'no-transportnyi megaproekt BAM: uroki osvoeniya // Region: Ekonomika i Sotsiologiya. 2014. №4 (84). S. 55–72.
10.
Tsykunov G. A. Istoriya khozyaistvennogo osvoeniya regiona BAM (1970-1995) // Ist.-ekon. nauch. zhurn. 2000. № 7. S. 74–86.
11.
Baikalov N. S. Poslednyaya stroika kommunizma: diskussionnye problemy istorii BAMa // Prepodavanie istorii v shkole. 2013. № 6. S. 35–41.
12.
Dashinamzhilov O. B. Demograficheskaya podsistema obshchestva i krizis 1990-kh gg.: obzor osnovnykh migratsionnykh tendentsii na primere Novosibirskoi oblasti // Istoricheskii kur'er. 2018. № 1. S.151–157.
13.
Estestvennoe dvizhenie naseleniya Respubliki Buryatiya: stat. sb. №02-03-04. Ulan-Ude, 2011. 56 s.
14.
Baikalov N. S. «Obzhivaya stroiku veka»: prostranstvo povsednevnosti i zhilishchnaya mobil'nost' stroitelei Baikalo-Amurskoi zheleznodorozhnoi magistrali (1970–1980-e gg.) // Noveishaya istoriya Rossii. 2018. T. 8. № 4. S. 998–1016. https://doi.org/10.21638/11701/spbu24.2018.414
Link to this article

You can simply select and copy link from below text field.


Other our sites:
Official Website of NOTA BENE / Aurora Group s.r.o.
"History Illustrated" Website