Статья 'Отражение образа мамонта в духовной культуре народов Якутии' - журнал 'Человек и культура' - NotaBene.ru
по
Journal Menu
> Issues > Rubrics > About journal > Authors > About the Journal > Requirements for publication > Editorial collegium > Editorial board > Peer-review process > Policy of publication. Aims & Scope. > Article retraction > Ethics > Online First Pre-Publication > Copyright & Licensing Policy > Digital archiving policy > Open Access Policy > Open access publishing costs > Article Identification Policy > Plagiarism check policy
Journals in science databases
About the Journal

MAIN PAGE > Back to contents
Man and Culture
Reference:

Reflection of the image of mammoth in spiritual culture of the peoples of Yakutia

Fedorova Aitalina Rodionovna

Junior Scientific Associate, Institute for Humanities Research and Indigenous Studies of the North of Siberian Branch of the Russian Academy of Sciences

677000, Russia, respublika Sakha (Yakutiya), g. Yakutsk, ul. Petrovskogo, 1

aytap@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Sleptsova Aitalina Alekseevna

Junior Scientific Associate, Institute for Humanities Research and Indigenous Studies of the North of Siberian Branch of the Russian Academy of Sciences

677000, Russia, respublika Sakha (Yakutiya), g. Yakutsk, ul. Petrovskogo, 1

aytalina92s@gmail.com

DOI:

10.25136/2409-8744.2019.6.31072

Review date:

17-10-2019


Publish date:

06-01-2020


Abstract: The object of this research is the image of mammoth in spiritual culture of the peoples inhabiting Yakutia. Mammoth fauna has always, in one or another way, affected the social, economic and even political spheres of people’s life, and of course, it left an imprint on the spiritual life in form of the myths, legends and mythical images. These representations played a substantial role in spiritual culture of the peoples of Yakutia; therefore, this article attempts to view them in the folklore of mammoth archetype as a part of ethnic culture. There is scattered data regarding the representations of different peoples on mammoth fauna. Usually, such myths are described with the entire range of folklore of a particular ethnos, and were not viewed comprehensively in the common context. The novelty of this research consists in the attempt of collection, systematization and analysis of information on the role of mammoth in folklore of the peoples of Yakutia, as well as identification of the categories of images reflecting the traditional representations on mammoths and their regional peculiarities. It is concluded, that the representations of mammoth among the peoples of Yakutia can be divided into two categories: more realistic eastern (the Ykaghir and the Chukchi), and more mythical western (the Yakut, the Even, and the Evenks). For all of the listed ethnoses, mammoth is an important and sacred animal, who has chthonic traits, but also carries the religious mediation functions.  


Keywords:

Mammoth, Legends of the mammoth, North, Folklore, Spiritual culture, Myth, Arctic, Chthonic being, Shamanism, Tusk

This article written in Russian. You can find original text of the article here .

Изображение мамонта и охоты на него является одним из первейших сюжетов первобытного искусства, но к концу Последней ледниковой эпохи с исчезновением самого мамонта, исчезают и его изображения. Однако в сознании людей образ мамонта оставался еще долгое время. Обретая фантастические и причудливые формы, он находил свое выражение в народных легендах и мифах, в представлениях о разного рода сказочных животных и мифических существах.

Значительную роль в этом процессе сыграли находки останков мамонта, в первую очередь костей и бивней, поражавших людей своими огромными размерами и незнакомой формой. Эти находки и порождали у людей представления о фантастических животных колоссальных размеров с огромными рогами. Таким образом, легенды и предания, которые возникли еще до научных представлений о мамонте, стали значительным пластом духовного наследия и заняли свое место в мировой культуре.

Роль мамонта в жизни, как древних, так и современных народов Арктики до сих пор является сравнительно малоизученной темой. На сегодняшний день, под влиянием всеобщей глобализации проблема изучения духовной культуры арктических народов является особенно актуальной. А мифы и легенды о мамонте особенно ярко и красочно зафиксированы у арктических народов, так как являлись полноценной частью их духовной культуры сравнительно недавно.

Объектом исследования выступает образ мамонта в духовной культуре народов населяющих Якутию. Предметом - древнейшие представления народов Якутии о мамонтовой фауне, которые нашли свое отражение в их мифах и легендах. Территориальные рамки исследования обусловлены тем, что мамонт и его останки как ресурс всегда были важной частью жизни народов Якутии. Она всегда, так или иначе, влияла на жизнь людей в социально-экономическом плане, и, конечно же, оставила свой отпечаток и в духовной жизни общества в качестве мифов, легенд и фантастических образов.

Целью данной статьи является изучение в традиционном фольклоре народов Якутии образа мамонта как части духовной культуры.

При изучении данной темы были использованы следующие методы исторического исследования: историко-генетический, сравнительный, системный и метод абстрагирования.

На сегодняшний день имеются разрозненные данные о представлении народов Якутии о мамонте. Как правило, эти мифы записаны комплексно со всем спектром фольклора того или иного этноса, и объемно не рассматривались в едином контексте. Поэтому основными источниками исследования для нас послужат историко-этнографические и фольклорные материалы по изучению народов Якутии. Так, образ мамонта в фольклоре якутов был зафиксирован в трудах Г.У. Эргиса "Очерки по якутскому фольклору" [22], работе А.Ф. Миддендорфа "Путешествие на Север и Восток Сибири" [10], статьях Х.И. Дуткина "Легенды об оймяконском чудовище" [3] и А.О. Слепцова "О верованиях якутов Якутской области" [17]. Представления эвенков о мамонте нашли свое отражение в труде Г.М. Василевича "Эвенки" [2], в статье Н.В. Ермолаевой "Олень в традиционных представлениях эвенков" [4], в работе А. Норденшельда "Путешествие вокруг Европы и Азии на пароходе «Вега" в 1878-88 гг." [12] и в материалах К. Рычкова "Енисейские тунгусы" и "Медный змий" [14; 15]. В чукотском фольклоре миф о мамонте был записан В. Богоразом в труде «Чукчи» [1], а юкагирском фольклоре отразился в работах В.И. Иохельсона «Материалы по изучению юкагирского языка и фольклора» [6] и Л.Н. Жуковой «Легенда о мамонте» [7]. Общим изучением образа мамонта в традиционных обществах занимались такие исследователи как И.В. Иванов "Мамонт в искусстве народов Сибири" [5], А.Ч. Марра, Е.Н. Мащенко "Древние слоны Евразии: легенды Севера и мифы Юга" [9] и Ю.Б. Серикова, А.Ю. Сериковой "Мамонт в мифах, этнографии и археологии Северной Евразии" [16], в этих работах были собраны и объединены сказания и донаучные представления людей о мамонтах, а также рассматривается использование древними людьми бивня как ресурса.

Новизной данного исследования является обзор, систематизация и анализ данных о роли мамонта в фольклоре народов Якутии, выявление категории образов, отражающих их традиционные представления о мамонте.

У народов Севера Сибири представления о мамонте, имеют часто ясно выраженную религиозную окраску и вплетены в идеи шаманизма о подземных зооморфных духах, находящихся в распоряжении шаманов. Существование таких представлений, восходящих, по-видимому, к глубокой древности, само по себе интересно. Не менее интересно, что у народов Севера еще совсем недавно делались изображения этих вымерших животных, весьма, впрочем, далекие от хорошо известных скульптур и рисунков палеолитической эпохи. Быть может это несходство и было одной из причин недостаточного внимания к ним со стороны исследователей. Металлические подвески в виде пластин, изображающих мамонта, часто становились частью шаманского костюма эвенкийских шаманов, где занимали как правило особое центральное или высокое место, тем самым показывая, что дух мамонта является сильным проводником и помощником. Г.М. Василевич указывает, что у западных эвенских шаманов духом-помощником для камлания и перемещения между мирами выступает мамонт [2, c. 269].

Во многих легендах народов Арктики с мамонтом связан сюжет о сотворении Земли, где Бог создает Землю, а мамонт, пройдясь по ней, оставляет за собой русла рек, озера и горы, учавствуя тем самым в процессе создания мира. Такие мифы встречаются у нганасан, ненцев и эвенков, и в некоторых из них именно это описанное событие становится причиной смерти мамонта. Так, в труде "Мифологические сказки и исторические предания нганасан" описан миф, о сотворении земли, где Бог создал землю изначально гладкой, затем изменил ее форму на более рельефную, а мамонт, ходивший по земле, ломал ее. Тогда Бог решил, что мамонт слишком велик для этого мира истребил их. [11 с. 51]. А ненцы считали, что там, где ступал мамонт, образовались реки и озера, где рыл землю – поднялись сопки и горы, появились овраги. Перед этим сильным и крупным животным ненцы испытывали некоторый страх и считали его священным животным [18, с. 62; 19, с. 416; 20, с. 522. 21, с. 275-176] Подобный якутский сюжет был описан Г.У. Эргисом в «Очерках по якутскому фольклору». В нем описывается как творец Айыы (главное божество в якутском пантеоне) создал землю очень красивой и ровной, но спустился абаасы ( злой дух) и стал топтать и царапать землю, отчего остались на ней следы в виде рек, озер и гор [22, с. 110]. В данных мифах, которые встречаются у некоторых народов Арктики явно прослеживается родственный мотив. Стоит ометить, что в якутской интерпретации не указывается конкретно мамонт, но очевидно прослеживается родство этих сюжетов о миротворчестве и возможно в якутской культуре мамонт впоследствии превратился в злого духа.

Также связывают с представлениями о мамонте мифологическое существо из якутской традиционной культуры - Быке зимы, который был для якутов олицетворением холода, с ростом рогов которого крепчали морозы, а с момента потепления и наступления весны они отпадали. Почему зима и холод ассоциировались у якутов с образом гигантского быка? Образ этот мог возникнуть под впечатлением от останков мамонта. Согласно преданиям, столь внушительный облик Быка холода сформировался еще у древних якутов, находивших по весне бивни, которые они принимали за рога исполинских быков. Также существует мнение, что те останки обнаруживались часто вмерзшими в лед, что и предопределило их «происхождение» [8, с. 12]

По данным А.Ф. Миддендорфа, мамонт, по рассказам якутов, имел огромные размеры и относился ими к числу рогатых животных. Его присутсвие в воде особенно заметно зимой, когда он своими рогами задевал лед на реке, который при этом трещит и ломается. Мамонт считался у якутов духом-хозяином воды [10, 821; 13, стб. 1787; 17, с. 128].

Х.И. Дуткин в статье «Легенды об оймяконском чудовище» описывает одну из интерпретаций сюжета легенды о чудовище из озера Лабынкыр, по которой это чудовище – чудище с бивнем. По легенде несколько эвенских семей наткнулась у озера на торчащий огромный бивень, похожий на рог крупного горного барана, и решили спилить его. Через какое-то время послышался треск льда и люди и оленьи упряжки пошли на дно озера, выжить удалось только старику со старухой и ребенку в люльке, которого им удалось спасти [3, с. 70].

По всей видимости, у якутов образ мамонта был весьма расплывчатым. Они имели слабое представление о его морфологии и возводили его облик вокруг бивней, которые они находили, и зачастую представляли их подобием рогов. Потому и возник образ гигантского быка, а поскольку бивни часто находятся у болотистых местностей или на берегу рек, бык этот превратился в водного обитателя. По словарю Э.К. Пекарского слово «мамонт» переводится на якутский как «уу огуса» (водный бык). Весьма интересным также является перевод слова «бивень» - «уу огусун муоса» , где слово «муос» в прямом переводе означает «рог» [13, стб. 1635].

У эвенков считалось, что мамонт относился к числу подземных животных [12, с. 396]. Опираясь на ряд своих наблюдений над природой, они полагали, что ежегодно появляющиеся в результате половодья разрушения берегов, обвалы, внезапный треск льда на реке являются результатом подземных или подводных передвижений мамонта. Наталкиваясь на новую пещеру, люди видели жилище этого животного. Находка свежих и неповрежденных бивней убеждала их в том, что животные, которым эти бивни принадлежали, существуют еще и в настоящее время, а так как никто не встречал мамонта на поверхности земли, то думали, что его постоянное местопребывания находится под землей.

В представлениях эвенков, по данным Н.В. Ермолаевой, мифический обитатель подземного мира «калир» имел облик дикого оленя. Ему приписывались сверхъестественные свойства: он огромен как сама Земля; способен уничтожить все, что станет препятствием на его пути, может пробить ударом копыта землю, а рогами пропороть горы [4, с. 154].

По данным К. Рычкова эвенки называют мамонта «хели». Тем же словом они называют бивни мамонта и мамонтовую кость. Сходное с этим словом « ehele » применяется по отношению к ящеру – главному духу шамана [15, с. 40]. По словам М.Г. Левина, изучавшего северо-байкальских эвенков, последние в одних случаях считали мамонта большой рогатой рыбой, живущей в море, в других – видели в нем полурыбу-полузверя, имевшего голову сохатого, а хвост и туловище рыбы. Иногда этих мифических животных наделяли ногами. Прежде – говорили северо-байкальские эвенки, - мамонтов было много, теперь они вывелись [9, с. 138]. Уже упомянутый К Рычков в труде «Енисейские тунгусы» пишет, что по мнению енисейских эвенков, «сели» - вредное животное. Оно обитает в земле, преимущественно у побережья Ледовитого океана. Проходя по земле, оно оставляет за собою тропы, а на месте отдыха – озера [14, с. 93].

Более реалистичные же представления о мамонте мы встречаем на крайнем Северо-Востоке Сибири. В.Г. Богораз сообщает, что по мнению чукчей, бивни мамонта – это его клыки, торчащие из носа или растущие на плечах. В то же время чукчи считали мамонта подземным животным, пролагавшим себе узкие проходы в земле. Также, в одной их сказок, записанной В.Г. Богоразом, говорится о том, как однажды чукчи, найдя пару бивней мамонта, торчащих из земли, принялись бить в бубен и произносить заклинания. Тогда голый костяк мамонта стал обрастать плотью, и люди ели мясо животного [1, с. 37-38].

Юкагиры, судя по изображениям, также видели в мамонте животное, наделенное огромными клыками. Так, уникальным считается юкагирский рисунок мамонта на деревянной дощечке, найденный В.Г. Богоразом в 1897 г., где мамонт изображается массивным животным с крупными бивнями, начинающимися в районе носа, но хобот при этом отсутствует. По данным С.В. Иванова, дощечка эта использовалась шаманом для призвания духа [5, с. 139-140]. Также В. Йохельсоном было записано предание, в котором рассказывается, как однажды один старый юкагирский шаман вызвал «тень мамонта», сел вместе с сыном верхом на этого духа и заставил его плыть по озеру [6, с. 165]. Легенда о мамонте у юкагиров была записана Л.Н. Жуковой и описывает, как мамонт стал причиной смерти отца и сына – кормильцев семьи, когда они увидев торчащий рог попытались вытащить его из земли. Почва задрожала, из нее вышел мамонт, а мужчины упали в яму и их засыпало землей. После пытаясь загладить вину, мамонт помогает женщине с малыми детьми, принося им пищу, а через какое-то время посылает чучуну (снежного человека) вместо себя [7]. Здесь мы во второй раз сталкиваемся с мифом, когда попытка добычи мамонтовой кости становится причиной смерти людей. Возможно это связано со страхом перед этим животным при добыче мамонтового бивня, который, впрочем, несмотря на суеверия и страх, использовался народами Якутии с давнейших времен.

Можно проследить, что юкагиры и чукчи имеют более реалистичные представления о мамонте, возможно причиной этому то, что они являются автохтонным населением Севера и их образ мамонта в легендах может иметь остатки исторической памяти об этом звере. Здесь впервые четко прослеживается четкая догадка о том, что бивни вовсе не являются рогами огромного животного, а находятся намного ниже в районе ротовой полости. Стоит также упомянуть, что в отличии от Южной части Якутии, на крайнем Севере останки мамонта сохраняются лучше за счет более глубокой многолетней мерзлоты и сурового климата. Это наводит на мысль, что чукчи находили, по-видимому, не только бивни, но и целые туши или части туши мамонта и некоторые указания на это дает их фольклор.

Таким образом, в общем легенды о мамонте размыты, всегда основой его морфологии выступают бивни и крупный размер. Мамонт предстает неким опасным существом, чья природа остается человеку неизвестной, неизвестным является и его образ жизни, и характер питания. При этом можно подметить, что часто при интерпретации его внешнего облика приводится сравнение с не хищными существами – рыба, бык, олень, птица.

Основываясь на описаниях этого фантастического зверя народами Якутии, можно наметить два типа «мамонтов» - восточный, который встречается у чукчей и юкагиров, и западный, известный якутам, эвенам и эвенкам. Первый более близок к действительному облику мамонта: животное наделено огромными бивнями, отличается крупным весом, причем мясо его считается съедобным, животное принадлежит к числу сухопутных. Второй тип отклоняется от первого в сторону легендарного рогатого животного, соединяющего в себе черты водяного и сухопутного зверя.

Если мы попытаемся типологизировать образ мамонта с функциональной точки зрения, то легенды о нем можно разделить на два типа: мамонт как часть природы – он участвует в создании мира или символизирует время года, и мамонт-чудище – неведомое пугающее животное.

В целом, мы можем отметить, что почти у всех народов Якутии легенды о мамонте имеют негативный окрас. Он является крупным и опасным животным, который своим весом делает Землю рельефной, трескает лед, являются олицетворением суровой зимы, иногда становится причиной смерти людей. К такому выводу, судя по всему, народы Якутии приходили вследствие своей космогонической картины мира, которая делила все мироздание на три части, где Нижний мир является местом обитания злых духов. Соответственно мамонт, будучи в представлениях древних людей подземным существом, нес в себе черты обитателя из Нижнего мира и являлся хтоническим. Так, образ мамонта предстает перед нами весьма важным и неотъелемым в духовной культуре народов Якутии. Он используется в роли сильного проводника или посредника шамана, учавствует в процессе сотворения мира и находит свое воплощение в мифических существах.



References
1.
Bogoraz V. G. Chukchi. Religiya / pod red. Yu. P. Frantsova; Glavsevmorput' pri SNK SSSR; Nauch.-issled. assotsiatsiya in-ta narodov Severa TsIK SSSR im. P. G. Smidovicha. – L.: Izd-vo Glavsevmorputi,1939. – Ch. 2. 194 s.
2.
Vasilevich G.M. Evenki. Istoriko-etnograficheskie ocherki (XVIII nach. XX vv.).-L., 1969. 304 c.
3.
Dutkin Kh.I. Legendy ob oimyakonskom chudovishche. Mifologiya narodov Yakutii: sbornik nauchnykh trudov. Yakutsk: Yakutskii filial SO AN SSSR, 1980. 96 c.
4.
Ermolaeva N.V. Olen' v traditsionnykh predstavleniyakh evenkov // Traditsionnye verovaniya v sovremennoi kul'ture etnosov. SPb., 1958. 208 s.
5.
Ivanov S. V. Mamont v iskusstve narodov Sibiri //Sb. MAE.-T. XI.-M. ; L., 1949. S. 133-154
6.
Iokhel'son V.I. Materialy po izucheniyu yukagirskogo yazyka i fol'klora, sobrannye v Kolymskom okruge. Ch. 1. Obraztsy narodnoi slovesnosti yukagirov (teksty s perevodom) // Tr. Yakutskoi ekspeditsii, snaryazhennoi na sredstva I.M. Sibiryakova. T. IX. Ch. 3. SPb.: IAN, 1900. 240 c.
7.
Legenda o mamonte = A mammoth legend / [zapisana na rus. yaz. k.i.n. L.N. Zhukovoi ot I.I. Toporova ; otv. red. L.N. Zhukova ; red. Yapon. Teksta Khirokava Satoshi ; per. na yapon. Yaz. T.N. Permyakovoi, per. na angl. Yaz. E.A. Gotovtsevoi ; khudozh. V.V. Danilov]. – Yakutsk : Yakut. krai, 2008. 12 s.
8.
Legendy i skazki Severa : / [sost. M.G. Nikiforova, A.D. Popova]. – Yakutsk : Bichik, 2018. 128 c.
9.
Marra A.Ch., Mashchenko E.N. Drevnie slony Evrazii: legendy Severa i Yuga // Priroda. M.: Iz-vo Rossiiskaya akademiya nauk, № 11(1119), 2008, C. 20-27
10.
Middendorf, A.F. Puteshestvie na sever i vostok Sibiri. Ch. 2. Sever i vostok Sibiri v estestvenno-istoricheskom otnoshenii. Otd. 6. Korennye zhiteli Sibiri. (Okonchanie vsego sochineniya).-SPb. : izd-vo Imp. akad. nauk, 1878. S. 619-833
11.
Mifologicheskie skazki i istoricheskie predaniya nganasan. Zapis' i podgotovka tekstov, vvedenie i kommentarii B.O. Dolgikh. M., Glavnaya redaktsiya vostochnoi literatury izdatel'stva „Nauka“, 1976. 341 s.
12.
Nordenshel'd A. Puteshestvie vokrug Evropy i Azii na parokhode «Vega» v 1878-88 gg. Spb., 1881, 517 s.
13.
Pekarskii E. Slovar' yakutskogo yazyka.-Leningrad: Izd.Akademii nauk SSSR, 1925.-t. 3. ch. 1, vyp. 7. 171 s.
14.
Rychkov K. Eniseiskie tungusy. Zemlevedenie, M., 1922, kn. I-IV. 149 s.
15.
Rychkov K. Mednyi zmii. Zap. Zap.-Stb. Otd. IRGO, t. XXXVIII, Omsk, 1916. S. 38-42
16.
Serikov Yu.B., Serikova A.Yu. Mamont v mifakh, etnografii i arkheologii Severnoi Evrazii // Rossiiskaya arkheologiya. M.: Iz-vo Rossiiskaya akademiya nauk, №2, 2004, s. 168-172
17.
Sleptsov A.O. O verovaniyakh yakutov Yakutskoi oblasti. Izv. VSORGO, t. XVII, № 1-2, Irkutsk, 1886. S.119-136
18.
Startsev G.A. Samoedy (nencha): istoriko-etnograficheskoe issledovanie / Institut narodov Severa. L.: Tipografiya Pervoi Arteli Sovetskii Pechatnik, 1930
19.
Tret'yakov P. Turukhanskii krai // Zapiski IRGO po obshchei geografii., t. II, Spb., 1869. S. 215—531
20.
Fing O. i Brem A. Puteshestvie v Zap. Sibir'. - M., 1882. 540 s.
21.
Shrenk A. Puteshestvie po Severo-Vostoku Evropeiskoi Rossii cherez tundry samoedov k severnym Ural'skim goram v 1837 g. SPb., 1855. 496 s.
22.
Ergis G.U. Ocherki po yakutskomu fol'kloru. – M.: Nauka, 1974. 402 s.
Link to this article

You can simply select and copy link from below text field.


Other our sites:
Official Website of NOTA BENE / Aurora Group s.r.o.
"History Illustrated" Website