Статья 'Творчество Аугуста Иванса в контексте развития художественной культуры Латвии 1920–1930 гг.' - журнал 'Человек и культура' - NotaBene.ru
по
Journal Menu
> Issues > Rubrics > About journal > Authors > About the Journal > Requirements for publication > Editorial collegium > Editorial board > Peer-review process > Policy of publication. Aims & Scope. > Article retraction > Ethics > Online First Pre-Publication > Copyright & Licensing Policy > Digital archiving policy > Open Access Policy > Open access publishing costs > Article Identification Policy > Plagiarism check policy
Journals in science databases
About the Journal

MAIN PAGE > Back to contents
Man and Culture
Reference:

The works of August Ivans in the context of development of Latvian art culture in the 1920s – 1930s

Frolov Dmitrii

PhD in Technical Science

Director of the Non-commercial autonomous organization «Institute of art and humanitarian projects»

629007, Russia, Yamalo-Nenetskii avtonomnyi okrug, Salekhard, Pushkin str., 44

frolov-dmitry@yandex.ru

DOI:

10.25136/2409-8744.2020.5.33667

Review date:

14-08-2020


Publish date:

26-10-2020


Abstract: The problematic of studying Latvian art culture after declaring independence in 1918 did not receive due coverage in the works of national researchers. Based on the new facts of artistic biography of the prominent cultural figure of Latvia –  the painter August Ivans (1895-1975), analysis is conducted on the isolated phenomena of the Latvian art culture of the 1920s – 1930s, namely the establishment of higher art education in the Republic of Latvia. The preserved sayings of the painter allow revealing the role of graduates of Russian schools of art in formation of the Latvian Academy of Arts. The author highlights the painter’s role in the process of democratization of the country's art life, which consists in his work on illustrations to the satirical magazines. The establishment of art education in Latvia is reviewed on the basis of life and creative path of the Latvian painter August Ivans for the first time. The role of the graduates of Russian art schools in formation of the Latvian Academy of Arts is also noted. In the 1920s – 1930s, the art life in Latvia became more public, and artists acquired more opportunities to exhibit their paintings. More artists were able to sustain themselves by selling their works. Printing numerous satirical publications designed by A. Ivans led to the process of democratization of art life of the country. This article is also first to publish the information on the death and burial place of the artist.


Keywords:

new facts from the biography, Penza Art School, artistic culture of Latvia, magazine graphics, satirical magazines, democratization of artistic life, the result of artistic creativity, dynamics of cultural processes, national perception, art education

This article written in Russian. You can find original text of the article here .

Художественная культура Латвии первых лет после обретения независимости имела важные и только ей присущие свойства, однако до сегодняшнего дня не находила отражение в работах отечественных исследователей. Об искусстве и художественной жизни этого периода на русском языке имеются всего несколько кратких разделов в трудах таких авторов как Р.Лаце, Я. Пуят, И. Страдыня [1] и С. Циелава [2].

Проблема изучения художественной культуры в целом являлась объектом пристального внимания многих исследователей: В.С. Жидкова, С.Н. Иконниковой, М.С. Кагана, Ю.М. Лотмана, А. Я Флиера и др. Среди важных процессов функционирования художественной жизни М.С. Каган отмечал процесс воспитания художников и публики [3, с 27]. А изучая персональные истории и биографии выдающихся деятелей культуры, возможно проследить динамику культурных процессов [4].

Целью работы является анализ отдельных явлений художественной культуры Латвии 1920–1930-х гг. на основе фактов творческой биографии одного из выдающихся деятелей культуры Латвии, художника Аугуста Иванса (1895–1975). Впервые в работе предпринимается попытка восстановить этапы творческой биографии художника на основе разрозненных источников. Также впервые публикуются данные о смерти и месте погребения художника.

Аугуст Иванс родился 27 января 1895 года в семье батрака усадьбы Палсмане, Палсманской волости, в Видземе. Первоначальное образование получил в школе города Валки, где стал редактором школьного журнала за хорошо написанное сочинение «Нива», получившее высокую оценку учителя латышского языка Колангса [5].

В 1895 году произошло значительное событие в художественной жизни Латвии – была основана Школа рисования и живописи в Риге, у истоков которой стоял Вениамин Блюм (1861–1919), живописец, выпускник петербургской Академии художеств (1886). Другое учреждение подобного типа, получившее название Рижской художественной школы, было создано в 1906 году, которое с 1909 года возглавил крупнейший латышский живописец Вильгельм Пурвитис (1872–1945). Предшествовала образованию Рижской городской художественной школе частная рисовальная школа г-жи фон Юнг-Шиллинг, которая была основана ею в 1879 году. В начале Первой мировой войны Школа прекратила свою деятельность и по ходатайству Пурвитиса несколько её студентов были переведены для продолжения обучения в художественные школы Российской империи, в частности, в Пензенское художественное училище имени Н.Д. Селиверстова. Аугуст Иванс поступил в это училище в 1914 году [6].

Как Рижская художественная школа, так и Пензенское художественное училище, имели одной из своих целей подготовку тех учащихся, кто хотел впоследствии поступить в Академию художеств.

Для истории искусства Латвии период обучения латышских студентов в Пензе был важен, в силу того, в этом учебном заведении «свои профессиональные навыки осваивали представители нового поколения художников – будущие мастера латышского модернизма» [7]: Екаб Казакс (1895–1920), Роман Сута (1896–1944), Александр Древиньш (1889–1938), Карлис Йохансонс (1890–1929), Валдемар Тоне (1892–1958) и Конрад Убанс (1893–1981), Роберт Сникерис (1898–1920), Карлис Силиньш (1895–1955).

Среди преподавателей Училища были: Н.Ф. Петров (1872–1941), с 1910 года также занимавший должность директора Училища, И.С. Горюшкин-Сорокопудов (1873–1954) и преподаватель живописи А. И. Штурман (1869–1944).

Для понимания процедуры поступления и непосредственно самого процесса обучения в Пензенском училище особо ценными видятся воспоминания Аугуста Иванса, который в одном из интервью [5] рассказывал, что конкурс в учебное заведение был довольно большой, в первый класс должны были быть приняты только 13 человек из 135 поступающих. Поступающим в первый класс приходилось рисовать сложный орнамент: стилизованный лист репейника на изогнутой пластине. Обучение в училище велось по трем специальностям: живопись, скульптура и художественные ремесла с общим рисованием по упомянутому делению классов и общеобразовательными предметами в объеме тогдашнего гимназического курса, включая педагогику, историю искусства и французский язык.

Стоит отметить, что латышские учащиеся в начале обучения испытывали некоторые трудности. Это было связано с тем, что в Рижской школе Янис Роберт Тиллбергс (1880–1972), преподававший живопись и рисование, «требовал построения рисунка по живописному решению в светотеневом отношении, используя передачу характера поверхности и состояния среды» [6], в то время как Н.Ф. Петров приучал учеников к тому, что рисунок – это не перерисовывание реальной конкретной формы. Он не требовал от учащихся законченности и прививал им навыки метода линеарного рисования. В дальнейшем эти полученные навыки А. Иванс будет использовать в своей графике.

В Пензенском художественном училище, по воспоминаниям художника, работы оценивались довольно строго, за 6 лет учебы во всей школе всего две работы были признаны первой категорией: одна работа живописная, вторая — рисунок. При этом было известно, что в Казанском художественном училище многие получали первую категорию.

Все работы выше третьей категории отправлялись для отчета о деятельности училища в высшую инстанцию – Петербургскую академию художеств. Если в Пензенском художественном училище кого-то рекомендовали в Академию художеств, его принимали туда без конкурсного экзамена с полугодовым испытательным сроком. Не было случаев, чтобы рекомендованные Пензенским художественным училищем студенты не были приняты в Академию художеств. Показатели других училищ, включая Казанское, были другими: лишь меньшая часть рекомендованных оставалась учиться в Академии [7].

Художник вспоминал, что самыми важными навыками, которые он приобрел во время обучения в Пензе, был рисунок, отточенный рисованием моделей в ракурсе, и живопись, которую он наработал в дополнение к классной работе, изучая в музее училища западноевропейских классиков, копируя их так, что ему доверяли исправлять повреждения в подлинниках [5].

С первого года обучения, возвращаясь на летние каникулы в Валку, Аугуст Иванс начал готовить к поступлению в Пензенское училище всех желающих, в том числе эстонцев, из которых пятеро прошли в первый и один – в подготовительный класс.

В период с 1919 по 1921 г., во время обучения в Пензе, Аугуст Иванс (по документам в Орле – Август Яковлевич Иване) руководил «Студией изобразительных искусств и курсами при Центроклубе имени Крупской-Ульяновой» в г. Орле, где обучалось 34 учащихся [8].

В 1922 г. выпускник Пензенского художественного училища A. Иванс оказался в числе первых студентов Латвийской академии художеств, где проучится неполный год в фигуративном классе профессора Я. Р. Тилбергса, а затем покинул стены Академии. Причину своего ухода Иванс объяснял тем, что профессора Академии учили и рисованию, и живописи тем же методом, техникой, а иногда и теми же словами, только по-латышски, как сам художник учил своих учеников на русском в учрежденной им Орловской художественной школе, преемнице студии. Взвесив и то, что данные Пензенским художественным училищем права учителя рисования не нужно удваивать еще и такими же правами от Латвийской академии художеств, Иванс прекратил процесс обучения.

Как считал впоследствии сам художник, такой его шаг был оправдан и обоснован парадоксальным фактом: «первым Латвийскую академию художеств окончил Индрикис Зебериньш (1882–1969), живописец в латышском вкусе, но при пополнении преподавательского состава академии академик Зебериньш приглашен не был, а вот учившиеся в Пензе Валдемар Тоне и Конрад Убанс, а также Лудолф Либертс (1923–1924) с образованием Казанского художественного училища – три выпускника российской художественной школы со временем стали профессорами без академического образования. Только график Карлис Краузе (1904–1942), окончив Латвийскую академию художеств, стал доцентом. В этом парадоксе A. Иванс усматривал важны факт становления высшего латвийского художественного образования: выпускники российских художественных училищ стали «опорой Латвийской академии художеств» [5].

В 1920-е – 1930-е годы в Латвии существовали два центра, определившие направление развития латвийской графики: графическая мастерская Латвийской академии художеств (основана в 1919 г.) и студия рисования и живописи Рижской народной высшей школы. Основателем и руководителем мастерской графики в Академии с 1921 по 1936 гг. был Р. Зариньш (1869–1939). Студией рисования и живописи, основанной в 1923 г., в разные годы руководили Л. Либертс, У. Скулме (1924–1927), С. Видбергс (1927–1928), Р. Сута (1928–1934). В 1923–1931 гг. в студии работало отделение живописи (руководитель К. Убанс), в 1930–1934 гг. – отдельная скульптурная студия (руководитель Э. Мелдерис). Творческий дух студии во многом определялся контингентом её воспитанников – рабочей молодёжью. Особой популярностью пользовались гравюра на дереве и линогравюра, в силу того, что материалы были доступнее для учащихся.

Исследователь художественной жизни России XIX–XX вв. Г.Ю. Стернин отметил, что в формировании художественной культуры важная роль принадлежит иллюстрированным журналам, так как подобные издания принимают участие в процессе демократизации художественной жизни страны, а особенно журналам сатирическим, в силу того, что у авторов журнальной сатирической графики есть возможность обратиться к самой массовой «зрительской и читательской аудитории» [9, c. 45], сближая, таким образом, искусство с массами.

Начиная с 1922 г. А. Иванс работал в газете «Brīvā Zeme» («Свободная земля»), также создавал обложки книг для издательства «Valters un Rapa». C 1923 г. активно сотрудничал с сатирическими журналами: «Rūgtās Drapes» («Горькое лекарство»), «Sikspārnis» («Летучая мышь»), «Pūcesspieģelis» «Уленшпигель», «Lapsene» («Оса») и «Sezonas Nagla» («Гвоздь сезона»), создавая иллюстрации, карикатуры, рисунки для рекламы, становясь одним из самых известных и востребованных журнальных графиков Латвии, среди которых помимо Иванса можно выделить таких мастеров как Александр Апситис (1880-1943), Александр Крука (1898-1987), Сергей Цивинскис (1895-1941), Сигизмунд Видбергс (1890-1970) и Индрикис Зебериньш.

Для газеты «Brīvā Zeme», выпускавшейся Крестьянским союзом, в 1922 г. Иванс создал портрет премьер-министра и первого министра иностранных дел независимой Латвийской Республики Зигфрида Анны Мейеровица (1887–1925). За создание этого портрета ему была лично выражена благодарность лидером Латышского Крестьянского союза Карлисом Ульманисом (1877–1942). На одном из отпечатков портрета, который художник хотел передать родной Валкской школе, будущий президент Латвии написал: «Первой школе рисовальщика портрета Аугуста Иванса. K. Улманис» [5].

Не все герои карикатур с пониманием относились к его работам. Так, по воспоминаниям Иванса, его как сотрудника «Rūgtās Drapes» редактор попросил нарисовать депутата, поэта Карлиса Скалбе (1879–1945) Скалбе в двух видах: отважно шагающим к трибуне Сейма с заготовленной речью и возвращающимся, совершенно раскисшим, с втянутой в воротник головой, когда слова ему не дали. Размышляя на тему, где найти фото Скалбе, художник отправился в кино, где в перерыве случайно встретил Скалбе. Делая наброски в записной книжке, художник был замечен депутатом и, пытаясь скрыть лицо, поднял воротник пальто, что, как оказалось, и потребовалось художнику для создания второго вида. Вероятно, эти карикатуры вызвали негативную реакцию Скалбе, т.к. когда издатель нового журнала «Lapsene» пригласил поэта сотрудничать, тот ответил, что если и Иванс будет сотрудником журнала, он участвовать в его издании не будет [5].

В 1924 г. художник для майского номера журнала искусства и археологии «Latvijas Saule» («Солнце Латвии») по материалам государственного исторического музея создал несколько изображений народных латышских костюмов. До 1930 г. Иванс сотрудничал с военно-научным и литературно-общественный ежемесячником «Aizsargs» («Защитник»), создавая обложки отдельных номеров.

В 1920-е – 1930-е гг. А. Иванс работал в издательстве Мантниекса, в отделе геодезии и топографии армейского штаба как рисовальщик, литограф, делал рисунки для энциклопедического словаря. Путешествуя по своему родному уголку Палсмане, A. Иванс увековечил его в изобразительном искусстве. Сохранились лишь немногие фотоснимки этих работ. Иванс создавал листы тушью, а также в различных техниках печатной графики, однако особое предпочтение художник отдавал литографии.

Вместе с Карлисом Балтгайлисом (1893–1979), Янисом Пласе (1892–1929), Александром Крукой и другими в 1925 г. A. Иванс учредил художественное общество «Zaļā Vārna» («Зеленая Ворона»), а также журнал с таким же названием. Идеологом и руководителем «Zaļā Vārna» на всем протяжении существования общества являлся Карлис Балтгайлис, также выпускник Пензенского художественного училища, работавший педагогом Петровской гимназии в Елгаве. Директор этой гимназии Янис Лапиньш инициировал появление литературной составляющей журнала «Zaļā Vārna». Первую выставку «Zaļā Vārna» в Риге трудно было бы назвать успешной, в силу неудачного способа экспонирования работ. Помимо Иванса в выставке приняли участие К. Балтгайлис, Я.Пласе, К. Целминьш (1894–1973), А. Цирулис (1883–1942) [10].

A. Иванс проводил художественные выставки «Zaļā Vārna» в Елгаве, Валке, Руйене и добился проведения уникальной совместной выставки нескольких художников, где также участвовал со своими пейзажами и портретами, которые почти все нашли покупателей.

После войны семья художника переселилась США, сначала в Нью-Мексико, а в 1951 году – в Колорадо-Спрингс. Однако продемонстрировать свой разносторонний талант Ивансу удалось в Денвере, где в 1953 г. он открыл собственную реставрационную и багетную мастерскую. Навыки реставрации и оформления художественных произведений Иванс получил в Латвии. В Риге, на улице Валдемара, напротив Министерства образования еще в 1933 г. художник открыл свой магазин произведений изобразительного искусства и выставлял в витрине собственноручно оформленные работы [11]. Другие художники тоже обращались к нему с просьбой подобрать к картине рамы, изготовленные его руками или на фабрике Калерта [7].

В Денвере как реставратор А. Иванс получил рекомендации художественного музея города и принимал участие в восстановлении произведений искусства, его реставраторская работа ценилась и в отдаленных штатах США.

Умер художник 8 апреля 1975 г. в Денвере, штат Колорадо, о чем его жена Элла Иване сообщила 23 апреля в некрологе, размещенном в местной латышской газете «Laiks». Похоронен на кладбище Фэрмаунт в 2 км от города.

Размышляя о латышском искусстве, Аугуст Иванс говорил, что единственным народным искусством для него является латышское художественное ремесленничество. Современные же художники имеют больше возможности путешествовать и знакомиться с искусством других стран, испытывая влияние других культур и творчества иностранных мастеров, таким образом «заслоняя национальное восприятие» [5].

Впервые подробно рассмотрев историю жизненного пути и творческой деятельности латвийского художника Аугуста Иванса, можно судить о становлении высшего художественного образования в Латвийской республике. Благодаря сохранившимся высказываниям художника, можно сделать вывод о важнейшей роли выпускников российских художественных училищ в становлении Латвийской академии художеств. В 1920–1930-х гг. в Латвии художественная жизнь стала более публичной, художники получили большие возможности выставлять свои работы. Появилось больше художников, которые смогли обеспечивать себя за счет продажи своих работ. Благодаря изданию большого количества сатирических изданий, в оформлении многих из которых принимал участие А. Иванс, происходит процесс демократизации художественной жизни страны.



References
1.
Latse, R. Iskusstvo Latviiskoi sovetskoi sotsialisticheskoi respubliki/ R. Latse, Ya. Puyat, I.Stradynya // Istoriya iskusstva narodov SSSR. T. 7 / pod red. L. S. Zingera i M. A. Orlovoi. – M.: Izobrazitel'noe iskusstvo, 1972. S. 351-366.
2.
Tsielava, S. Ya. Iskusstvo Latvii / S. Ya. Tsielava. – L.: Iskusstvo, 1979. – 308 s.
3.
Khudozhestvennaya kul'tura v dokapitalisticheskikh formatsiyakh /nauch. Red. M.S. Kagan. L.: Izd-vo Leningradskogo un-ta, 1984. – 304 s.
4.
Ikonnikova, S.N. Kontury i perspektivy istoricheskoi kul'turologii/Svetlana Ikonnikova//Vestnik SPbGUKI. – 2012.-№1 (10) mart. – S. 6 – 14.
5.
Zirnītis, E. Salauzto likteņu glābējs/ Edmunds Zirnītis// Tilts.-1966.-№78-79, 38 – 43. lpp.
6.
Zelyukina, T. Latyshskie khudozhniki v Penze/Tat'yana Zelyukina //Iskusstvo. – 1974.-№ 7 – S. 34-39.
7.
Evseeva, N. Latyshskie khudozhniki v Penzenskoi khudozhestvennoi shkole [Elektronnyi resurs]: Romana Sutas un Aleksandras Beļcovas muzejs. Rezhim dostupa: http://lnmm.lv/ru/sbm/poseti/vistavki/5957-latyshskiie-khudozhniki-v-pienzienskoi-khudozhiestviennoi-shkolie – Zagl. s ekrana. [Data obrashcheniya: 05.05.2020]
8.
Emel'yanova, O.V. Razvitie khudozhestvennogo obrazovaniya v Rossii i Orlovskom krae/ Ol'ga Emel'yanova//Uchenye zapiski Orlovskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Gumanitarnye i sotsial'nye nauki. – 2008.-№3. – S. 177 – 179.
9.
Sternin, G.Yu. Khudozhestvennaya zhizn' Rossii na rubezhe XIX-XX vekov/G.Yu. Sternin – M.: Izdatel'stvo «Iskusstvo», 1970. – 294 s.
10.
Goba, A. Kronika/A. Goba//Ilustrēts Žurnāls. – 1926.-№ 7. – 237-240 lpp.
11.
Zirnītis, E. Latviešu gleznotāja atradums – elastīgs ģipsis / Edmunds Zirnītis// Laiks.-1955.-№10, 6. lpp.
Link to this article

You can simply select and copy link from below text field.


Other our sites:
Official Website of NOTA BENE / Aurora Group s.r.o.
"History Illustrated" Website